Рустем Мырзахметов — композитор, саунд-дизайнер и музыкальный продюсер. Изучал хоровое дирижирование в музыкальном училище им. Чайковского в Алматы, и на музыкальной сцене города он сначала появился как диджей и битмейкер. Позже, вместе с поэтом Ануаром Дуйсенбиновым, создал экспериментальный дуэт «Балхаш снится» — спокен-ворд проект, в котором кинематографические звуковые ландшафты Рустема работают на равных с текстом Ануара, посвящённый рефлексии о современности и попыткам заглянуть в человеческие души без разрешения.
Проект попал в фокус алматинского лейбла qazaq indie, с которым тесно связана дальнейшая карьера Рустема. Его талант и особое отношение к музыке и современной композиции свели его со множеством ярких музыкантов Центральной Азии — Zere, SAMRATTAMA, Steppe Sons и многими другими, — со всеми ними он тесно сотрудничает и сегодня. За последние несколько лет Мырзахметов стал одним из главных культурных акторов региона в сфере электронной и экспериментальной музыки, выступая как композитор, аранжировщик и музыкант в проектах Üi Küiı, UnMusicWeek, The Spirit of Tengri и BARSAKELMES.

Принесенные ветром
Восьмиканальная звуковая инсталляция (2026)
Опытный продюсер и саунд-дизайнер, Рустем Мырзахметов хорошо знает, что во многих случаях для создания качественного звукового произведения не обязательно иметь качественную исходную запись. Звуки, с которыми он работает по просьбе «Церемоний вечного ветра», нельзя назвать качественными ни при каких обстоятельствах — это голосовые сообщения, скачанные из популярного приложения-мессенджера, которые он пересобирает и соединяет, «сшивая» сложное многоканальное звуковое полотно.
Источник материала Рустема — чат-шутка, созданный кураторами Триеннале, в котором случайным образом оказались многие её участники и где действует лишь одно правило: «здесь можно общаться только голосовыми сообщениями, имитирующими звуки ветра ¯\_(ツ)_/¯». Будучи формой альтернативной, ни к чему не обязывающей коллективности, чат превратился в простой инструмент звуковой импровизации, который связывает не только разные географии — от Алматы до Базеля, от Калькутты до Лондона, от Казани до Парижа, — но и разные стили исполнения: на пятый месяц существования кто-то всё же догадался записать звук пылесоса.
Пространственная акустическая система, собранная специально для «Принесенных ветром», установлена на фасаде Целинного — ламелях-«ребрах», спроектированных архитектором Асифом Ханом, чтобы придать зданию образ облака — и одновременно приоткрытого театрального занавеса, способного заинтересовать любопытного прохожего. Рустем придает этим идеям дополнительное измерение: с одной стороны, его пьеса своим звучанием способна «привести» на выставку тех, кто случайно проходит мимо; с другой — где висит облако, там гуляет и ветер.
Говорит Искатель:
«В доме у озера жил рыбак. Он выходил на промысел рано утром, пока нет ветра. Он знал, что, когда ветер придет, станет не до рыбалки. Ветер приносил крики, стоны, поцелуи, стихи и даже время. Рыба немигающе вглядывалась в луну»